Первые литовские князья вкл. Потомки русских литвы

Содержание
  1. Литовские князья на русской службе СОНАР-2050
  2. Гедимин и его потомки
  3. Патрикей Наримунтович
  4. Потомки Патрикея
  5. Трубецкие
  6. Угасшие роды Гедиминовичей
  7. Московские князья
  8. Потомки верховских князей
  9. ***
  10. Кто кого завоевал? 5 «школьных» заблуждений о Великом княжестве Литовском
  11. Миф 2. Все известные тексты писались на старобелорусском языке — значит, это белорусское государство
  12. Миф 3. Белорусы при «литовском оккупационном» ВКЛ были несчастными оккупированными бедолагами
  13. Миф 4. Литва была оплотом всего европейского и прогрессивного
  14. Миф 5. Москва ни с того ни с сего стала нападать на исконно литовские земли
  15. Великое княжество Литовское: другая Русская земля
  16. Жемгола, жмудь, пруссы и другие
  17. Немецкие рыцари
  18. Первое достоверное княжение
  19. Основатель династии
  20. Ягайло – отступник
  21. Витовт – собиратель земель
  22. Полная уния
  23. Великое княжество Литовское и Русское 1362
  24. СТАНОВЛЕНИЕ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО И РУССКОГО
  25. ОЛЬГЕРД, ОН ЖЕ АЛЬГИДРАС
  26. ЛИТОВЦЫ НА ПАМЯТНИКЕ «ТЫСЯЧЕЛЕТИЮ РОССИИ»

Литовские князья на русской службе СОНАР-2050

Первые литовские князья вкл. Потомки русских литвы

В массовом сознании представители рода великих князей литовских — князья Голицыны, Трубецкие, Хованские, Куракины и прочие плотно ассоциируются с русской историей.

Некоторые из знаменитых родов Гедиминовичей на данный момент угасли (Щенятевы, Мстиславские, Бельские), однако оставили свой след в истории.

В данной статье я расскажу о том, каким образом потомки князя Гедимина оказались на русской службе, а также отвечу на вопрос, можно ли считать московских князей наследниками великих князей литовских.  

Я также коснусь истории некоторых родов династии Рюриковичей, в своё время плотно связанных с Великим княжеством Литовским.

Любопытно, что тему службы Гедиминовичей и представителей литовской шляхты Московскому княжеству (царству, империи) русские и советские историки обходят стороной. Между тем это важное событие многое объясняет в западнорусской и общерусской истории, позволяет взглянуть на исторические события под другим углом.

Появление Гедиминовичей в Московском царстве — явление уникальное. Правящая династия ВКЛ позиционировала себя извечным врагом Москвы, после Кревской унии она полностью утратила связь с православием и Русью. В то же время многие потомки Гедимина не только служили московским царям, но и участвовали в войнах с Литвой, руководимой их дальними родственниками.

Гедиминовичи достаточно быстро ассимилировались в Московском государстве. Уже сыновья и внуки выехавших из Литвы князей никак не отождествляли себя с нею. Со временем потомки литовских князей стали органической частью русского боярства, составили высшую аристократию русского государства.

«Колюмны» — знак Великого княжества Литовского, чаще всего рассматриваемый как герб Гедиминовичей.

Гедимин и его потомки

У читателя может возникнуть резонный вопрос, почему история династии начинается с Гедимина, а не с Миндовга, создавшего ВКЛ.

Дело в том, что история великих князей литовских до определённого момента изложена летописями достаточно отрывочно. Мы даже не можем всегда точно проследить хронологию их правления.

Гедимин, получивший великокняжеский стол в 1316 году, не был прямым потомком Миндовга. Более того, даже его родство с предшественником, князем Витенем, остаётся под вопросом.

Так или иначе, но начиная с Гедимина генеалогическое древо правящей династии просматривается достаточно отчётливо.

Гравюра из «Описания Европейской Сарматии», 1578 год. Эта же гравюра использовалась как портрет Казимира Великого

Подавляющее большинство Гедиминовичей, оказавшихся на русской службе, являются потомками его сына Наримунта (около 1294–1348), некоторое время бывшего полоцким князем.

Наримунт был крещён в православной вере, получил имя Глеб и в 1333 году был приглашён в Новгород на должность служилого князя.

Его права были существенно ограничены вечевой республикой, так как новгородцы рассматривали князей только в качестве военачальников. Поэтому при первой представившейся возможности он возвращается в Литву, где последовательно занимает полоцкий, а потом пинский стол.

В 1348 году, участвуя в битве с крестоносцами на Стреве, Наримунт погибает, оставив после себя многочисленное потомство. Он считается основателем родов Хованских, Булгаковых, Щенятевых, Куракиных, Голицыных, Патрикеевых, Корецких, Ружинских и Друцких.

Патрикей Наримунтович

Князь Патрикей Наримунтович стал основателем почти всех русских родов династии Гедиминовичей.

В «Бархатной книге» о его потомках сказано следующее: «А у Нариманта былъ сынъ Князь Патрекей. А у Князя Патрекея были 3 сына. Князь Федоръ; отъ него пошли Хованские. Князь Юрьи, была за нимъ дочь Великаго Князя Васильева; отъ него пошли Булгаковы, Щенятевы, Куракины, Голицыны. Князь Александро; отъ него пошли Корецкие…»

Длительное время судьба князя, как и его отца, была тесно связана с Новгородской вечевой республикой, где он служил княжеским наместником и защитником южного побережья Финского залива.

Князя Патрикея считают основателем города Ямбурга, который в настоящее время носит название Кингисепп.

Очевидно, что отношения с Великим Новгородом у литовского князя не задались, поэтому в 1408 году он переезжает на службу к московскому князю Василию Дмитриевичу.

К сожалению, после переезда в Московское княжество следы князя теряются. Мы даже не знаем точной даты его смерти.

Существует легенда, согласно которой персонаж русских сказок Лиса Патрикеевна названа в честь литовского князя.

Потомки Патрикея

Из всех родов, основанных потомками Патрикея Наримунтовича, до XX века уцелели Хованские, Голицыны и Куракины.

Князья Щенятевы, чей род угас из-за опричнины, были потомками князя Юрия Патрикеевича. Самый известный представитель этого рода — князь Даниил Щеня, которого считают покорителем Новгородской республики и победителем князя Острожского в знаменитой битве при Ведроше 14 июля 1500 года.

Князья Булгаковы вели своё происхождение от московского боярина, князя Ивана Васильевича Патрикеева по прозвищу Булгак, дальнего потомка всё того же Юрия Патрикеевича. Последние представители этого рода умерли в XVI веке бездетными.

Князья Хованские благополучно пережили Средневековье и стали известными вельможами Российской империи. Своё происхождение они ведут от внука Патрикея Наримунтовича — Василия Фёдоровича.

Из русской истории нам наиболее известен князь Иван Андреевич Хованский, ставший предводителем стрелецкого бунта 1682 года. В 1883 году была издана партитура оперы Модеста Мусоргского «Хованщина» в редакции Римского-Корсакова.

В настоящий момент род сохранился, а его последний представитель Аскольд Георгиевич является кандидатом физико-математических наук, математиком и профессором Независимого Московского университета.

Князья Куракины — известный аристократический род, также переживший смутные времена. Его наиболее известный представитель — дипломат петровской эпохи Борис Иванович, блестяще образованный царедворец, один из ближайших сподвижников императора.

Из всех Гедиминовичей по линии Патрикея Наримунтовича наиболее известны князья Голицыны — один из самых многочисленных княжеских родов в России. Их представители были великолепными полководцами и дипломатами, придворными служителями и администраторами. Князь Михаил Голицын также был одним из сподвижников Петра, победителем шведов в Финляндии во время Северной войны.

Трубецкие

Князь Патрикей Наримунтович был главным, но не единственным родоначальником русских Гедиминовичей.

В одной из предыдущих статей я упоминал о брате Андрея Ольгердовича Полоцкого — Дмитрии, князе города Трубчевска, принявшем участие в Куликовской битве. Именно его потомки стали известными князьями Трубецкими.

Собственно говоря, род князей Трубецких известен не менее Голицыных. Они стали высшей аристократией Российской империи.

Сами князья Трубецкие оказались на московской службе не только благодаря отъезду в Москву, но и в связи с занятием их наследственной Северской земли московским войском при Иване III.

Перечислить все свершения рода на службе Московскому государству (Российской империи) просто не представляется возможным. Фактически нет деятельности, в которой они не приняли бы участия.

В настоящий момент представители рода в основном проживают за границей.

Угасшие роды Гедиминовичей

Мне осталось рассказать про 2 рода из иных ветвей Гедиминовичей, которые в настоящее время пресеклись.

Прежде всего речь идёт о князьях Бельских, которые являлись младшей ветвью потомков Владимира Ольгердовича Киевского.

Представители данного рода отъехали в Москву при Иване III. Их потомки быстро стали частью московского боярства.

Особенно отметился род во время опричнины.

Род князей Мстиславских происходит от Евнутия Гедиминовича. Его представители поступили на московскую службу при Василии III. Самым известным представителем данного рода является Фёдор Иванович Мстиславский — видная фигура во время Смутного времени. На нём династия пресеклась.

Московские князья

Московский князь Василий Васильевич, прозванный Тёмным, был единственным внуком князя Витовта. Его мать, Софья Витовтовна, играла огромную роль при дворе своего сына, стала причиной феодальной войны между московскими князьями.

Таким образом, в жилах московских князей и царей текла кровь потомков Гедимина. Разумеется, в православной традиции принято считать род по мужской линии.

Тем не менее мы знаем множество примеров в истории, когда потомки по женской линии претендовали на престол.

Потомки верховских князей

В предисловии к статье я обещал рассказать о Рюриковичах, вышедших из Великого княжества Литовского. Им я посвящу отдельную статью. Пока же отмечу, что очень многие из них (Оболенские, Барятинские, Волконские и т. д.) были потомками так называемых верховских князей, заключивших вассальный договор с ВКЛ.

***

В данной статье я коротко рассказал обо всех княжеских родах Гедиминовичей, обосновавшихся в Московском княжестве.

Несмотря на то что их судьба сложилась по-разному, ни один род не оказался в забвении. Перебравшись в Москву, Гедиминовичи стали частью вышей аристократии.

Служба московским государям представителей династии говорит о том, что сущностного антагонизма между Московским княжеством и ВКЛ не было.

Служба Гедиминовичей — это опровержение современного мифа белорусских и украинских националистов о том, что Москва была дикой ордой, чуждой Руси.

Безусловно, большая часть Гедиминовичей осталась на территории ВКЛ, наиболее известные роды по этой линии — Чарторыйские, Сангушки и Вишневецкие.

Таким образом, Гедимин оказался чрезвычайно плодовитым. В настоящий момент его сохранившиеся потомки считают себя преимущественно русскими и поляками.

Род Гедиминовичей сыграл огромную роль в истории России. То, что интеллектуальная элита России была сформирована из представителей самых разных народов, говорит о многообразии русской культуры и государственности, её глубоких исторических корнях.

Источник: https://www.sonar2050.org/publications/knyazya-gediminovichi-na-russkoy-slujbe/

Кто кого завоевал? 5 «школьных» заблуждений о Великом княжестве Литовском

Первые литовские князья вкл. Потомки русских литвы

По сети ходят удивительные истории, срывающие покровы страшного заговора. Оказывается, история Великого княжества Литовского — с первых дней история белорусов, и только белорусов.

Да-да, ведь они и были теми самыми литовцами! А современная Литва и литовцы нахально примазываются. Ещё в XIX веке петербургский генштаб и лично граф Муравьёв Вешатель решили задушить белорусское национальное самосознание. Они «назначили» литовцами-литвинами каких-то жмудинов, которые всю жизнь в лесном болоте сидели.

Естественно, это пример натягивания совы на глобус до хруста, за что в приличном обществе применяют канделябры.

Все без исключения ранние источники чётко разделяют Русь и Литву.

Русь — много веков православная на уровне элит. Она управлялась расплодившимся домом Рюриковичей и никем другим. Православие, «греческая вера» — важнейшая часть культурного кода русской элиты, от князей до простых дружинников и влиятельных горожан.

Литва — языческая. От великих князей до простолюдинов. Упорно, твёрдо языческая. Только Витовт покрестил и аукштайтов, и жемайтов на рубеже XIV и XV веков. Некоторые из литовских князей принимали то православие, то католицизм в рамках игр престолов, брачных союзов и политических соображений — но язычество Литвы до самого Грюнвальда было важным фактором восточноевропейской политики.

Литва замыкает череду идущих к христианству европейских стран (источник фото)

Смешение, вызывающее путаницу, началось уже после Витовта. Вместе с отходом от язычества ускорилось смешение литовской знати со славянской — польской на западе и русинской на востоке.

Потомки литовских князей и дружинников на востоке обрусели, а на западе полонизировались. Только тогда «литвой», «литвинами» стали называть всех жителей Великого княжества Литовского, за исключением евреев и местных татар.

А в документах московских приказов «литовский» и «белорусский» стали практически синонимами.

Но поначалу, в XII–XIII веках, литовские князья и дружинники были закоренелыми язычниками-балтами. В чём сходятся не только «русская империалистическая наука», но и Оксфорд с Гарвардом, и все серьёзные белорусские историки.

Миф 2. Все известные тексты писались на старобелорусском языке — значит, это белорусское государство

Почти те же грабли, но лингвистические. Да, официальным языком ВКЛ с первых Гедиминовичей был западнорусский канцелярский. Он же старобелорусский, он же староукраинский.

Возьмём для примера франков и лангобардов. Канцелярским языком европейских «варваров» веками была латынь — язык завоёванной более развитой земли с монастырскими письменными традициями. Завоеватели-германцы от этого ни галлами, ни тем более римлянами не становились. Только спустя века, после Карла Великого, в письменный обиход стали входить национальные языки.

В средневековой Европе до появления университетов писцы в массе своей были монахами. Они умели не просто написать текст, на что были способны и многие горожане, но сделать его грамотным, соответствующим традициям и приличиям. То, чего требуют переписка между владетельными персонами и официальные хроники.

Литовцы были язычниками. Их язык в эпоху строительства империи некому было кодифицировать и снабжать письменностью. Князья не видели в этом смысла.

Для записей и писем другим владыкам Европы уже при Миндовге имелись владевшие латинской и русской письменностью монахи. Поскольку литовская знать со временем переженилась с Рюриковичами и обрусела, а затем приняла польский язык и культуру, превращение литовского языка в письменный стало делом гораздо более позднего времени.

Миф 3. Белорусы при «литовском оккупационном» ВКЛ были несчастными оккупированными бедолагами

В другом краю ринга находятся сторонники российского имперского дискурса. Они любят рассказывать, что ВКЛ не имеет ни малейшего отношения к белорусам. По их мнению, мерзкие литовские и польские агрессоры захватили исконно русские земли — и ну вовсю эксплуатировать несчастных селян.

И сводится многострадальная история Белой Руси с XIII по XVIII век к бесконечному страданию угнетённых пейзан под жестокой пятой польско-литовских оккупантов. Означенные пейзане полтысячи лет пили горькую и молились, чтобы пришли их спасти братья русские, цари московские.

Сбылись мечты народные лишь при матушке Екатерине.

Естественно, белорусские патриоты впадают от эдакого дискурса в изумление. И в порядке протеста увлекаются историей ВКЛ до такой сказочной степени, что даже пытаются отобрать её у литовцев вовсе.

На деле всё было проще и сложнее. И снова можно вспомнить уже упомянутых франков. Поначалу цивилизованных и романизированных галлов завоевали свирепые язычники-франки.

Но спустя несколько веков немногочисленные завоеватели настолько смешались с завоёванными и прониклись галло-римской культурой и наследием, что в получившейся французской культуре от франков остались разве что воинственность и название.

Примерно то же произошло и с белорусскими землями. С той поправкой, что литовцы вмешивались в жизнь городов бывших Городенского и Полоцкого княжеств, равно как и присоединённых позже Киевщины и Смоленщины, ещё меньше, чем франки в дела галлов.

Осада Полоцка в 1579 году

В большинстве случаев литовскими к востоку от Немана были лишь князья быстро плодившегося дома Гедиминовичей и их ближайшее дружинное окружение. Местные русские боярские элиты, не говоря уж о городских, сохранили свои позиции: политикой литовских князей было неукоснительное соблюдение «старины» и минимальное вмешательство в дела на местах, если они не касались большой политики.

А когда пошли браки с аристократией из домов Рюриковичей, Гедиминовичи за пределами этнически литовских земель начали ассимилироваться с впечатляющей скоростью вместе со своей знатью. И даже стольный град Вильнюс превратился на некоторое время в русскоязычную, или белорусскоязычную, Вильну.

Ну а бо́льшая часть шляхты белорусских земель, в том числе возвысившиеся позже магнатские дома, зачастую были совершенно коренными Рюриковичами.

Несчастными бедолагами, забитыми иноземной шляхтой, предки простых белорусов стали выглядеть гораздо позже — когда к середине XVII века воинское сословие Речи Посполитой в подавляющем большинстве прониклось польской культурой, перешло на польский язык и приняло католическую веру. А местные жители, как и прежде, держались белорусских говоров и православия.

Так и прошёл трагический раскол. Оттого в середине века «белорусские люди» сначала массово поддержали восстание Хмельницкого, а затем принялись открывать ворота городов армиям Алексея Михайловича почти что до самой Вильны.

Только вот даже накрепко полонизированная шляхта местной по происхождению быть не перестала. Это то же самое явление, что позже наблюдалось и в Российской империи с её европеизированным, франкоязычным дворянством. Но никакие французы Россию не захватывали и не оккупировали — просто у элиты сложилась такая мода.

Миф 4. Литва была оплотом всего европейского и прогрессивного

Увы, но это большей частью миф.

Сравнительно прогрессивной была Польша, рано проникшаяся веяниями Ренессанса. А вот литовские земли уже ко временам первых Ягеллонов считались образцом отсталости и дремучести.

Этим обернулась некогда мудрая политика Гедиминовичей: хранить в присоединённых русских землях «старину» и не пытаться их ломать об колено, обеспечивая лишь верховную власть и защиту от внешних врагов.

Но шли десятилетия и века, мир менялся, а земли Великого княжества всё так же «хранили старину». К тому же Ягеллоны — потомки литовских правителей на общем польско-литовском троне — откровенно не интересовались, что происходит в далёких восточных землях.

Их увлекала бурная европейская политика, они садились на венгерский и другие престолы. Некогда.

Поэтому Литва, некогда расширившаяся огнём, мечом и мудростью правителей от моря до моря, к концу XV века сама отбиваться уже не могла. Хотя со времён триумфа Грюнвальда прошло меньше века.

Государи Московские тем временем яростно проводили государственные и военные реформы, приструняли собственное боярство и «не понимающие политического момента» Новгород с Тверью. Они создали многочисленную и вышколенную конницу, привлекли европейских специалистов и развернули массовое производство осадной артиллерии.

И когда всё это «выстрелило» свержением ига на Угре в 1480-м, уже отлаженная военно-политическая машина с интересом обратила взор в сторону ещё вчера могучей Литвы. А там была «старина». И феодальный бардак.

И Ягеллонам было не до восточных окраин, пока Москва в порядке первых экспериментов откусывала княжество за княжеством.

Стояние на реке Угре

После были жутчайший разгром при Ведроше и пара десятков лет отчаянного сопротивления смоленского боярства, так и не получившего помощи от Вильны, — плюнувшего и сдавшего Василию III сильнейшую крепость на востоке. Литва не могла себя защитить от православной Реконкисты Москвы без поддержки Польши, а та на помощь не спешила.

Гетман Острожский чудом сумел притащить к Орше польское рыцарство с прекрасной кавалерией, полевыми пушками и пешими стрелками. Но его победа и усилия канули в лету. Литва почти не модернизировалась. Ибо «старина». А Ягеллонам было некогда заниматься дремучей и бедной провинцией, которой при них стала некогда великая европейская держава.

Бессилие безнадёжно отставшего и от Польши, и от Москвы Великого княжества Литовского в Ливонскую войну сказалось так сильно, что польским магнатам удалось выкрутить руки литовским коллегам, отжать украинские земли и превратить династическую унию в единую конфедерацию, где польское влияние усиливалось с каждым годом.

Миф 5. Москва ни с того ни с сего стала нападать на исконно литовские земли

На закуску — особо трогательный пример готтентотской морали. Напомню, это «добро — когда я угнал у соседа корову, а зло — если сосед у меня».

Некоторые особо ярые патриоты ВКЛ страшно обижаются на Москву. Дескать, она агрессивно покушалась на исконно литовские земли, они же белорусские. Фу такими быть. Доля здравого в этих претензиях, признаю, имеется. Великие князья Московские, а затем цари всея Руси, претендовали на земли ВКЛ, которые никогда в состав именно их владений не входили.

Вот только какое отношение имели, скажем, Киев или Смоленск к литовской языческой династии Гедиминовичей? Да и Полоцк с Гродно, если копнуть чуть дальше? С какого перепуга исконно литовским или хотя бы литвинским стал Смоленск, взятый на меч Витовтом в 1404 году не с первой попытки? И затем учинивший крупнейшее городское восстание в истории ВКЛ?

А то ведь Вильна «русским городом» была подольше, да и Варшава тоже.

Все эти старые русские земли, некогда находившиеся во владении бесчисленных ветвей Рюриковичей, Гедиминовичи покорили. Кого «взяли на меч», кого удобным браком, кого по доброму взаимовыгодному или не очень соглашению. Кого, как Киев, и вовсе натурально спасли от злых татаровей.

Когда государственной религией ВКЛ стал католицизм — на дыбы встали и Рюриковичи, и православные Гедиминовичи. Весь восток и юг державы, все русские земли, кроме успевших войти в ядро государства, пошли за Свидригайло и сражались в тяжелейшей гражданской войне. А потерпев поражение, принялись смотреть на единоверный восток и то и дело «отъезжать» вместе с землями «в Москву».

Литва расширялась, пока была сильна, и имела на это полное право. Ольгерд трижды водил литовские полки к Москве. А затем она стала слаба. Зато Москва, в конце правления Витовта успевшая даже признать литовскую гегемонию, возвысилась и окрепла.

И имела полное право на это — точно так же, как Гедиминовичи ранее. Ведь времена стояли наглухо феодальные. Есть формальный повод и силы — значит, у соседей проблемы, и вопросов ни у кого не возникнет. Дело житейское, все так делают.

Тем более, что «храня старину» там, где не надо, Ягеллоны принялись дискриминировать собственную православную аристократию, отодвинув её от высших должностей и рычагов власти — пока не примут «единственно правильную веру». И тем самым дали Москве повод объявить русскую Реконкисту.

Ничего личного, просто в семье народов времён развитого феодализма слабеть, отставать и раскалывать собственные элиты категорически противопоказано.

Как, впрочем, и в любые другие времена.

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.

Источник: https://warhead.su/2019/06/17/kto-kogo-zavoeval-5-shkolnyh-zabluzhdeniy-o-velikom-knyazhestve-litovskom

Великое княжество Литовское: другая Русская земля

Первые литовские князья вкл. Потомки русских литвы

Литовское княжество изначально было по составу литовско-русским с преобладанием русских и могло стать мощным православным государством. Неизвестно, что было бы с Московским княжеством, если бы литовские князья не повернулись на Запад, в сторону Польши.

Жемгола, жмудь, пруссы и другие

Литовские племена, близкие славянам, судя и по исследованиям языка, и по анализу верований, довольно спокойно и беспечно жили на балтийском поморье между Западной Двиной и Вислой.

Они разделились на племена: по правому берегу Двины жило племя летгола, по левому – жемгола, на полуострове между устьем Немана и Рижским заливом – корсь, между устьями немана и вислы – пруссы, в бассейне Немана – жмудь в верхнем течении, и собственно литва – в среднем, плюс наиболее дремучие из перечисленных ятвяги на Нарве.

Городов на этих территориях не существовало до XIII века, когда впервые в летописи отмечены город Ворута у литовцев и Твереметь у Жмуди, а складывание зачатков государства историки склонны относить к XIV веку.

Немецкие рыцари

Молодые и агрессивные европейцы в лице главным образом немцев, а также шведов и датчан, естественно, не могли не начать колонизацию востока Балтийского моря. Так шведы взяли земли финнов, датчане построили Ревель в Эстляндии, а немцы пошли к литовцам. Поначалу они только торговали и проповедовали.

Литовцы не отказывались креститься, но потом погружались в Двину и «смывали» с себя крещение, отправляя его по воде обратно немцам.

Папа тогда послал туда крестоносцев во главе с епископом Альбертом – первым епископом Ливонии, который в 1200 году основал Ригу, орден меченосцев, благо рыцарей было в те времена в избытке, и покорял и колонизировал окрестные земли.

Спустя тридцать лет рядом, во владениях польского князя Конрада Мазовецкого, расположился и другой орден – Тевтонский, который из Палестины прогнали мусульмане. Они были призваны защищать Польшу от пруссов, которые постоянно грабили поляков. Рыцари за пятьдесят лет завоевали все прусские земли и там было основано государство в ленном подчинении от императора Германии.

Первое достоверное княжение

Но литовцы не подчинились немцам. Они стали соединяться в большие скопища, строить союзы, в частности, с полоцкими князьями.

Учитывая, что русские западные земли в то время были слабы, пассионарные литовцы, которых призывали на службу то те, то другие князья, приобретали примитивные навыки управления, и начинают сами захватывать сначала Полоцкую землю, потом и земли Новгорода, Смоленска, Киева.

Первое достоверное княжение – Миндовга, сына Ромгольда, который создал княжество из русских и литовцев. Однако слишком развернуться было невозможно, так как на Юге было сильное Галицкое княжество во главе с Даниилом, а с другой стороны Ливонский орден не дремал.

Миндовг уступил занятые русские земли сыну Даниила Роману, но формально сохранил над ними власть и закрепил это дело, женив дочь на сыне Даниила Шварне. Ливонский орден признал Миндовга, когда тот принял крещение. Он в знак признательности передал немцам грамоты на литовские земли, которыми он и не владел.

Основатель династии

После смерти Миндовга в княжестве, как и следовало ожидать, начались разные междоусобицы, которые продолжались пол века, пока с 1316 года княжеский престол не занял Гедимин – основатель династии Гедиминовичей.

За предыдущие годы Даниил и другие русские князья имели большое влияние в Литве и многое передали туда в плане градостроительном, культурном военном.

Гедимин был женат на русской и в целом вел политику литовско-русскую, понимая, что это необходимо для строительства государства. А ведь он подчинил Полоцк, Киев, частично Волынь. Сам он сидел в Вильне, а две трети его государства составляли русские земли.

Сыновья Гедимина Ольгерд и Кейстут оказались дружными ребятами – один сидел в Вильне, и занимался северо-восточной Русью, а Кейстут жил в Троках, и действовал против немцев.

Ягайло – отступник

Под стать звучанию своего имени князь Ягайло оказался недостойным сыном Ольгерда, он договорился с немцами, чтобы уничтожить своего дядю Кейстута.

Тот Ягайло победил, но не стал убивать племянника, и зря, потому что при первом удобном случае Ягайло дядю удавил, но сын его Витовт смог скрыться у тевтонских рыцарей, правда, потом вернулся и сел на небольших землях. К Ягайло стали подходить поляки с предложением женить его на королеве Ядвиге.

Она была признана королевой после смерти венгерского короля Людовика, который правил по династическому принципу и в Польше.

Паны долго спорили и дрались по поводу того, кого взять Ядвиге в мужья, а Ягайло был очень подходящим: прекратились бы споры за Волынь и Галич, Польша бы укрепилась против немцев, захвативших Польское поморье, выгнала бы венгров из Галича и Львова.

Ягайло, крещеный в православие, был очень рад предложению, крестился в католичество и крестил Литву. В 1386 году брак был заключен и Ягайло получил имя Владислав. Он уничтожил языческие капища и т.д., помог убрать венгров и нанес сокрушительное поражение Тевтонскому ордену при Грюнвальде. Но, как отмечает русский историк Сергей Платонов, уния «внесла в Литву семена внутренней вражды и разложения», поскольку были созданы предпосылки для притеснения православных русских.

Витовт – собиратель земель

Сына убитого Кейстута Витовт, как только Ягайло уехал в Польшу, при помощи удельных князей стал править в Польше(1392), притом с такой поддержкой, что добился полной личной независимости от короля Владислава, бывшего Ягайло.

При Витовте Литва расширилась от Балтийского до Черного моря, глубоко продвинулась на Восток за счет Смоленского княжества. Василий I был женат на единственной дочери Витовта Софии, а левый приток Оки Утра была назначена границей между московскими и литовскими землями.

Некоторые историки полагают, что этой мощной восточной политике, которая могла привести к созданию огромного литовско-русского государства, содействовали православные князья Литвы, но резко противились поляки и новая ополяченная литовская знать, которая получила все привилегии шляхты и панов.

Витовт даже стал хлопотать о королевском титуле перед императором Германии, чтобы стать независимым от Польши, но умер (1430) в разгаре этого процесса.

Полная уния

Больше 100 лет уния была во многом формальной. Это, как в случае с Витовтом, могло иметь самые печальные последствия для Польши, поэтому было решено всегда избирать одного человека и князем, и королем. Таким образом, задуманная в 1386 году уния, была осуществлена лишь в начале XVI века.

Польское влияние в Литве после этого стало расти. Раньше местные князья могли управлять в своих землях без католического и польского диктата, теперь великий князь подчинил их, римская вера стала подавляющей и угнетающей по отношению к православным.

Многие переходили в католичество, другие пытались бороться, переезжали в Москву, которая, благодаря такой ситуации смогла теснить Литву. Во внутренней политике княжества окончательно установились польские порядки, в первую очередь – шляхта с ее огромными правами по отношению к королю и крестьянам.

Этот процесс естественным образом в 1569 году завершился Люблинской унией и образованием другого государства – Речи Посполитой.

Источник: https://cyrillitsa.ru/past/30146-velikoe-knyazhestvo-litovskoe-drugaya-r-2.html

Великое княжество Литовское и Русское 1362

Первые литовские князья вкл. Потомки русских литвы

В XIV-XV вв. Великое княжество Литовское и Русское было реальным соперником Московской Руси в борьбе за господство в Восточной Европе. Оно укрепилось при князе Гедимине (правил в 1316-1341 гг.). Русское культурное влияние в это время здесь преобладало. Гедемин и его сыновья были женаты на русских княжнах, при дворе и официальном делопроизводстве господствовал русский язык.

  Литовской письменности в то время не существовало. Вплоть до конца XIV в. русские области в составе государства не испытывали национально-религиозного гнета. При Ольгерде (правил в 1345-1377 гг.) княжество фактически стало доминирующей державой в регионе. Особенно позиции государства укрепились после того, как в 1362 г. Ольгерд разбил татар в битве при Синих водах.

Во время его правления в состав государства входили большая часть нынешней Литвы, Белоруссии, Украины и Смоленской области. Для всех жителей западной Руси Литва стала естественным центром сопротивления традиционным противникам – Орде и крестоносцам.

Кроме того, в Великом княжестве Литовском в середине XIV века численно преобладало православное население, с которыми язычники-литовцы уживались довольно мирно, а иногда случавшиеся волнения быстро подавляли (на пример, в Смоленске).

Земли княжества при Ольгерде простирались от Балтики до Причерноморских степей, восточная граница проходила примерно по нынешней границе Смоленской и Московской областей. Налицо были тенденции, ведущие в сторону складывания нового варианта русской государственности на южных и западных землях бывшей Киевской державы.

С. Боброва. История России с древнейших времен до 1917 года: глоссарий

СТАНОВЛЕНИЕ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО И РУССКОГО

В первой половине XIV в. в Европе появилось сильное государство – Великое княжество Литовское и Русское.

Своим возникновением оно обязано Великому князю Гедиминасу (1316–1341), который за годы своего правления захватил и присоединил к Литве Брестские, Витебские, Волынские, Галицкие, Луцкие, Минские, Пинские, Полоцкие, Слуцкие и Туровские земли.

В зависимость от Литвы попали Смоленское, Псковское, Галицко-Волынское и Киевское княжества. Многие русские земли, стремившиеся найти защиту от монголо-татар, присоединялись к Литве.

Внутренний порядок в присоединенных землях не менялся, но их князья должны были признать себя вассалами Гедиминаса, платить ему дань и поставлять войска в необходимых случаях. Сам Гедиминас стал называть себя «королем литовцев и многих русских». Официальным языком и языком делопроизводства княжества стал старо-русский (близкий к современному белорусскому) язык. В Великом княжестве Литовском не было преследований по религиозному и национальному признакам.

В 1323 у Литвы появилась новая столица – Вильнюс. Согласно преданию, однажды Гедиминас охотился у подножия горы на месте слияния рек Вильни и Нярис. Убив огромного тура, он со своими дружинниками решил заночевать вблизи древнего языческого святилища. Во сне ему приснился одетый в железные доспехи волк, который выл, как сто волков.

Призванный для истолкования сна верховный жрец Лиздейка пояснил, что он этом месте следует построить город – столицу государства и что слава об этом городе разнесется по всему свету. Гедиминас прислушался к совету жреца. Был построен город, который получил свое название от реки Вильни. Сюда и перенес свою резиденцию из Тракая Гедиминас.

Из Вильнюса в 1323-1324 Гедиминас писал письма римскому папе и городам Ганзейского союза. В них он заявлял о своем желании принять католичество, приглашал в Литву ремесленников, купцов, земледельцев.

Крестоносцы понимали, что принятие Литвой католичества означало бы для них окончание их «миссионерской» миссии в глазах Западной Европы. Поэтому они стали подстрекать местных язычников и православных против Гедиминаса.

Князь вынужден был отказаться от своих планов – папским легатам он объявил о допущенной якобы ошибке писаря. Однако христианские храмы в Вильнюсе продолжали строиться.

Крестоносцы же вскоре возобновили военные действия против Литвы. В 1336 они осадили жемайтийский замок Пиленай.

Когда его защитники поняли, что не смогут долго сопротивляться, они сожгли замок и сами погибли в огне.

15 ноября 1337 Людвиг IV Баварский подарил тевтонскому Ордену построенный у Нямунаса Баварский замок, который должен был стать столицей покоренного государства. Однако это государство еще предстояло завоевать.

После смерти Гедиминаса княжество перешло к его семи сыновьям. Великим князем считался тот, кто правил в Вильнюсе. Столица досталась Яунутису.

Его брат Кестутис, получивший в наследство Гродно, Тракайское княжество и Жемайтию, был недоволен тем, что Яунутис оказался слабым правителем и не смог прийти к нему на помощь в борьбе против крестоносцев.

Зимой 1344-1345 Кестутис занял Вильнюс и разделил власть с другим своим братом – Альгирдасом (Ольгердом). Кестутис возглавил борьбу против крестоносцев. Он отразил 70 походов в Литву Тевтонского ордена и 30 – Ливонского.

Не было ни одной крупной битвы, в которой он не принял бы участие. Военный талант Кестутиса ценили даже его враги: каждый из крестоносцев, как сообщают их собственные источники, считал бы для себя величайшей честью пожать Кестутису руку.

Альгирдас, сын русской матери, как и его отец Гедиминас большее внимание уделял захватам русских земель. За годы его правления территория Великого княжества Литовскго увеличилась вдвое. Альгирдас присоединил к Литве Киев, Новгород – Северский, Правобережную Украину и Подол. Взятие Киева привело к столкновению с монголо-татарами.

В 1363 войско Альгирдаса разбило их у Синих Вод, южно-русские земли были освобождены от татарской зависимости. Тесть Альгирдаса, тверской князь Михаил Александрович, в борьбе с Москвой попросил поддержки у своего зятя.

Три раза (1368, 1370 и 1372) Альгирдас совершал поход на Москву, но взять город не смог, после чего с московским князем был в конце концов заключен мир.

После смерти Альгирдаса в 1377 в стране началась междоусобица. Престол Великого князя Литовского получил сын Альгирдаса от второго брака Ягайло (Ягелло). Андрей (Андрюс), сын от первого брака, поднял мятеж и бежал в Москву, прося там поддержки.

Он был принят в Москве и направлен отвоевывать у Великого княжества Литовского новгород-северские земли. Ягайло в борьбе против Андрея обратился за помощью к Ордену, обещая принять католичество. В тайне от Кестутиса между Орденом и Ягайлой был заключен мирный договор (1380).

Обеспечив себе надежный тыл, Ягайло отправился с войском на помощь Мамаю против Дмитрия Донского, надеясь наказать Москву за поддержку Андрея и разделить с Олегом Рязанским (также союзником Мамая) земли московского княжества.

Однако на Куликовское поле Ягайло прибыл с опозданием: монголо-татары уже потерпели сокрушительное поражение. Тем временем Кестутис узнал о заключенном против него тайном договоре. В 1381 он занял Вильнюс, изгнал оттуда Ягайлу и отправил его в Витебск.

Однако через несколько месяцев, в отсутствие Кестутиса, Ягайло вместе со своим братом Скиргайлой захватил Вильнюс, а затем и Тракай. Кестутис и его сын Витаутас были приглашены на переговоры в ставку Ягайлы, там схвачены и помещены в Кревский замок. Кестутис был вероломно убит, а Витаутасу удалось бежать. Ягайло стал править один.

В 1383 Орден, с помощью Витаутаса и жемайтийских баронов, возобновил военные действия против Великого княжества Литовского. Союзниками был взят Тракай и сожжен Вильнюс. В этих условиях Ягайло вынужден был искать поддержки у Польши. В 1385 в Кревском (Краковском) замке между Великим княжеством Литовским и польским государством была заключена династическая уния.

В следующем году Ягайло принял крещение, получив имя Владислав, женился на польской королеве Ядвиге и стал польским королем – основателем Ягеллонской династии, которая правила Польшей и Литвой свыше 200 лет. Осуществляя унию на практике, Ягайло создал Вильнюсское епископство, крестил Литву, а литовских феодалов, принявших католичество, уравнял в правах с польскими.

Вильнюс получил право самоуправления (Магдебургское право).

Витаутас, еще некоторое время боровшийся с Ягайло, в 1390 вернулся в Литву, а в 1392 между двумя правителями был заключен договор: Витаутас получил во владение Тракайское княжество и стал фактическим правителем Литвы (1392-1430).

После походов в 1397-1398 к Черному морю он привез в Литву татар и караимов и поселил их в Тракае. Витаутас укрепил литовское государство и расширил его территорию. Он лишил власти удельных князей, направив управлять землями своих наместников.

В 1395 к Великому княжеству Литовскому был присоединен Смоленск, сделаны попытки завоевать Новгород и Псков. Держава Витаутаса простиралась от Балтийского до Черного моря.

Чтобы обеспечить себе надежный тыл в борьбе против крестоносцев, Витаутас подписал договор с великим московским князем Василием I (который был женат на дочери Витаутаса – Софии). Границами между великими княжествами стала река Угра.

Энциклопедия «Кругосвет»

ОЛЬГЕРД, ОН ЖЕ АЛЬГИДРАС

В. Б.

Антонович («Очерк истории Великого княжества Литовского») дает нам следующую мастерскую характеристику Ольгерда: «Ольгерд, по свидетельству современников, отличался по преимуществу глубокими политическими дарованиями, он умел пользоваться обстоятельствами, верно намечал цели своих политических стремлений, выгодно располагал союзы и удачно выбирал время для осуществления своих политических замыслов. Крайне сдержанный и предусмотрительный, Ольгерд отличался умением в непроницаемой тайне сохранять свои политические и военные планы. Русские летописи, не расположенные вообще к Ольгерду вследствие его столкновений с северо-восточной Русью, называют его „зловерным“, „безбожным“ и „льстивым“; однако признают в нем умение пользоваться обстоятельствами, сдержанность, хитрость, – словом, все качества, нужные для усиления своей власти в государстве и для расширения его пределов. По отношению к различным национальностям, можно сказать, что все симпатии и внимание Ольгерда сосредоточивались на русской народности; Ольгерд, по его взглядам, привычками и семейным связям, принадлежал русской народности и служил в Литве ее представителем». В то самое время, когда Ольгерд усиливал Литву присоединением русских областей, Кейстут является ее защитником перед крестоносцами и заслуживает славу народного богатыря. Кейстут – язычник, но даже его враги, крестоносцы, признают в нем качества образцового христианина-рыцаря. Такие же качества признавали в нем поляки.

Оба князя так точно разделили управление Литвой, что русские летописи знают только Ольгерда, а немецкие – только Кейстута.

Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории

ЛИТОВЦЫ НА ПАМЯТНИКЕ «ТЫСЯЧЕЛЕТИЮ РОССИИ»

Нижний ярус фигур представляет собой горельеф, на котором в результате длительной борьбы помещено 109 окончательно утвержденных фигур, изображающих выдающихся деятелей Русского государства. Под каждым из них на гранитном цоколе сделана подпись (поименование), выведенная славянским стилизованным шрифтом.

Деятели, помещенные на горельефе, разделены автором проекта Памятника на четыре отдела: Просветителей, Государственных людей; Военных людей и героев; Писателей и художников…

Отдел Государственных людей помещается на восточной стороне Памятника и начинается непосредственно за «Просветителями» фигурой Ярослава Мудрого, после которого идут: Владимир Мономах, Гедимин, Ольгерд, Витовт, князья Великого княжества Литовского.

Захаренко А.Г. История сооружения Памятника «Тысячелетию России» в Новгороде. Ученые записки» историко-филологического факультета  Новгородского государственного педагогического института. Вып. 2. Новгород. 1957

Источник: https://histrf.ru/lenta-vremeni/event/view/vielikoie-kniazhiestvo-litovskoie-i-russkoie

Закон
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: