Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

Содержание
  1. 12 часов за колючей проволокой: как я работала начальником отряда в женской колонии
  2. Берцы, бушлат и хорошая память
  3. Пицца и стиральная машина
  4. 20 лет одиночества
  5. «Им выговориться надо»
  6. Трясутся руки
  7. Мужчины и коты
  8. «Наказание — жить с этим, а не срок в колонии»: истории осужденных
  9. «На мне — ни одной шишки, его же травмы расписаны на четырех листах …»
  10. «Просить прощения нет смысла — не простят»
  11. «Не помню, как сбил женщину и поехал дальше…»
  12. Соседи по неволе: рецидивистов и впервые осужденных разместят рядом
  13. «Я же не должен с ними сидеть»
  14. Свободное перемещение
  15. Зарплата — 200 рублей
  16. Солдатские койки
  17. П садки колония поселения
  18. Фку колония-поселение №8 гуфсин россии по ростовской области
  19. П садки колония поселения официальный сайт
  20. Воспитание за колючей проволокой
  21. Можно жить по-другому
  22. В отпуск на волю
  23. Передовики в воспитании

12 часов за колючей проволокой: как я работала начальником отряда в женской колонии

Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

Я – начальник отряда в женской колонии. Точнее, сразу двух.  У меня около 100 подопечных. Всех я знаю по имени и отчеству. Знаю все их проблемы.

На один день журналист портала KOTROMA.TODAY Мария Роганова примерила форму майора, провела один день в качестве начальника отряда женской колонии в Прибрежном, и рассказывает, что из этого получилось.

Берцы, бушлат и хорошая память

В женскую колонию мы приехали около 11 часов. Я отдала паспорт и телефон (пользоваться им в колонии категорически запрещено всем сотрудникам), получила взамен пропуск. Меня переодели в форму майора — камуфляжные штаны, куртка, берцы, бушлат с погонами, шапка и даже кашне – для тех, кто не знает – это шарф. Было очень тепло.

В новой форме было сначала непривычно. Но бушлат — очень теплый.

После этого мы отправились в пункт досмотра. Там симпатичная женщина в форме специальным прибором проверяла, не принесла ли я чего-то запрещенного.

С собой у меня был только блокнот, поэтому ничего страшного у меня не обнаружили. Потом разрешили попробовать воспользоваться прибором мне. Для проверки мне дали одного из самых серьезных сотрудников колонии – замполита.

Я проверила все, как надо – одежду, обувь и даже шапку. Тоже ничего не нашла.

Ничего незаконного у замполита не нашла.

И вот мы направляемся на инструктаж. Заместитель начальника колонии Наталья Логинова рассказала все, что нужно знать начальнику отряда. Например, имена, фамилии и отчества всех осужденных. Я, если честно, никого не запомнила. Рассказали правила поведения, и мы отправились в сам отряд.

В этот день все было по-настоящему. Многие осужденные, по-моему, даже и не поняли, что я журналист – вели себя со мной, как с новым начальником отряда.

Пицца и стиральная машина

В отряде №6 нас встретила дневальная. Это  одна из заключенных – миловидная девушка с большими глазами. Кстати, большинство осужденных, как мне показалось, очень хорошо выглядят  – все с макияжем, прическами. Если честно, заключенных мы представляем совсем не так — если бы я встретила их на улице, в жизни бы не подумала, что в их жизни была колония.

Все кровати должны быть одинаково заправлены. Лежать на них можно только ночью, а также тем, кто болеет, либо нес ночное дежурство.

Мы направились к спальне. Спальня пустая, все кровати одинаково заправлены. Только на самой дальней спит женщина.

«Кто это?» — поинтересовалась я.

Наталья сказала, что эта женщина – дежурная. Она всю ночь сидела и смотрела за обстановкой, поэтому ей положен сон с 6 утра до 15 часов. Остальным осужденным лежать на своих кроватях запрещено режимом. Отбой – в 22 часа, подъем – в 6 утра. У всех спальни похожи на армейские, да и распорядок дня  — тоже.

В тумбочках можно хранить только самое необходимое.

Но вернемся к спальне. Я, как начальник отряда, должна проверить тумбочки. Заглянула в несколько, раз положено, но ничего запрещенного не нашла.  

Идем на кухню. Девушки рассказывают, что приготовили пиццу – в лаваш добавили начинку, а продукты купили в магазине. В магазине, кстати, неплохой выбор. 

Холодильник тут забит едой. Говорят, что в женскую колонию можно приносить посылки без ограничения по весу. Но и женщин в отряде много — 56. Поэтому и продуктов так много.

У каждой женщины есть вот такой мешок с личными вещами, которые нельзя хранить в тумбочке. У некоторых таких мешков — по три.

После этого девушка повела нас на склад. Здесь хранятся вещи осужденных, которые нельзя держать в тумбочке. А держать в тумбочке нельзя ничего, кроме пачки сигарет, книги и лекарств. Так что на складе лежат целые тюки.

Каждый  – должен быть не больше 50 килограммов. К каждому тюку прикреплены неудачные фото женщин (как с ориентировки), информация с их датами рождения, началом и окончанием срока, а также список вещей, которые лежат в тюках.

Еды в холодильнике много. Женщины пытаются готовить что-то вкусненькое.

Мне предложили проверить один из тюков на выбор. Начальники отряда делают это раз в неделю. Я долго собиралась с мыслями, потому что копаться в чужих вещах мне совершенно не нравится.

Но раз уж я решила полностью вжиться в образ – взяла один из тюков. Количество вещей в нем указано не было, что является нарушением. Лежали там полотенце, детектив, мыльница, а еще жевательные подушечки в целлофановом пакете.

Они в списке указаны не были. Так за 5 минут я нашла сразу два нарушения.

Железных кружек здесь, кстати, не бывает, как и решеток.

Но со склада я не ушла – посмотрела на сроки и статьи женщин. Большинство – за наркотики.

Здесь есть душевая кабина и стиральная машина.

Дневальная повела нас в ванную. Это огромное помещение с двумя душевыми кабинами, туалетами и раковинами. Стоит здесь даже стиральная машина. Низ у одной из душевых кабин немного отваливался.

«Мы сегодня вечером починим», — пообещала дневальная, подпирая отвалившуюся железку ногой.

Тут замначальника колонии сказала, что у женщин хотят забрать стиральную машину, потому что они тратят много воды. Дневальная сурово ответила, что все у них по графику – стирают с 17.00 до 21.30. Моются тоже. Дневальной тут тоже приходится несладко – за все косяки, если что, придется отвечать ей.

20 лет одиночества

После этого с отрядом №6 мы распрощались. Дневальная громко доложила отряду №4, что проверка направляется к ним. Отряд №4 – образцово-показательный.

В отряд попадают женщины, которые хорошо себя ведут и работают. Помещения тут отличаются, а спальня и вовсе похожа на недорогую гостиницу. Также здесь разрешено больше свиданий.

Все постельное белье должно быть проштамповано. Проверять это должны дневальные.

Самым ответственным шагом в этом отряде у меня был прием граждан. Осужденные обращаются к начальнику отряда по любым вопросам – узнают про режим, спрашивают разрешение на что-то, показывают фотографии детей и просто изливают душу. Именно по последнему поводу ко мне на прием и пришла дневальная. Назовем ее Катя —  высокая стройная красивая блондинка.

Всё было по-настоящему — даже табличка на кабинете.

Выяснилось, что этой миловидной красавице уже почти 50, а сидит она здесь уже…12 лет. Осталось еще 8. Надеется на досрочное освобождение. Катя попала сюда, когда ее сыну было 2 года, а дочери – 14.

«Я не знаю, как быть с сыном. Ему в мае 13 лет, воспитывает бабушка, ей 74 года. Бабушка жалуется, что никак не может с ним совладать. Она ему все запрещает, а я все разрешаю», — спрашивает Катя.

Осужденные изливали мне душу.

Бабушка с внуками живет в Новосибирске. Сын видел маму всего один раз в жизни, но постоянно созванивается с ней. В колонии разрешено пользоваться телефоном 15 минут в день. Дочь с мамой не общается и ни разу не приезжала. К Кате вообще больше никто не приезжает.

«Сын должен был родиться в мае. А в апреле у моего мужа, которому тогда было 29 лет, обнаружили последнюю стадию онкологии. Он «сгорел» за 26 дней, так и не увидев сына. Я осталась с двумя детьми и долгами», — рассказывает женщина.

Суд назначил ей 20 лет колонии за организацию банды по распространению наркотиков. Это один из самых больших сроков.

«Им выговориться надо»

Начальники отрядов знают истории всех осужденных. Некоторые женщины рассказывают чистую правду о себе, некоторые выдумывают часть своей биографии. Но начальникам все равно приходится слушать  длинные рассказы и давать советы.

«А есть лимит по времени на прием одной осужденной?» — спрашиваю я у одной из начальниц отряда.

«Нет, конечно. Неужели я их выгонять буду? Им выговориться надо», — ответила она.

На улице сыро, холодно и идет дождь. Сейчас должно быть построение. Мне нужно было называть фамилии осужденных, а они делать шаг вперед и называть имя и отчество. Но в мой приезд женщин пожалели из-за непогоды. На плацу грязно и промозгло.

Это осужденные-рецидивистки. Некоторые из них еще очень молоды.

«Они ведь сейчас ругаться начнут, что в такую погоду их вытащили», — сказала одна из сотрудниц колонии.

Но построение я все-таки видела. У женщин-рецидивисток – тех, которые в колонии уже не первый раз. Они, как мне показалось, действительно ведут себя как-то агрессивнее.

Здесь пекут очень вкусный хлеб.

Сейчас у них есть проблема – закрытый спортзал. Когда мы сопровождали этих барышень на обед, одна из них долго упрашивала своего начальника отряда открыть ей, наконец, спортзал.

«А кто вас туда сопровождать будет? Руководство колонии боится, что вы все там разгромите», — ответила заместитель начальника колонии.

«То есть, одним можно, а нам нельзя? Посмотрите вообще, в каких мы условиях живем. Как в бутылке!» — возмущалась осужденная.

«Нет, и в тех отрядах, и у вас есть такие женщины, которые не очень бережно относятся к имуществу колонии. Но насчет спортзала мы подумаем», — пообещала Наталья.

Похожих поделок в колонии очень много. Женщинам тут сложно без любви и мужчин.

Вообще в колонии женщины много чему учатся. Кто-то поделки делает, кто-то шьет. Многих дисциплинирует режим. Странно звучит, но некоторые родственники благодарят сотрудников колонии, говорят: «Мы теперь хотя бы знаем, что она у нас не по улицам шатается, не колется и не спивается».

Говорят, что некоторые даже выглядят лучше – режим в колонии оказывается у них более здоровым, чем на свободе. Пропадают мешки под глазами, фигура становится более женственной.

Трясутся руки

Осужденным очень сложно привыкнуть к свободе после долгих сроков. Мне рассказали про одного мужчину, который отсидел 20 лет, и за несколько месяцев до освобождения его отпустили в отпуск. Так вот, он врезался в раздвигающиеся двери в торговом центре, когда увидел кассы самообслуживания в магазине, испугался и убежал. Он ничего этого не видел раньше.

Охрана следит за поведением осужденных. В журнале записываются все нарушения.

Пока мы ждали замполита, к одной из начальниц отряда подошла осужденная. У нее тряслись руки. Она попросила подписать обходной лист.

«Что руки-то у тебя трясутся?» — спросила начальник отряда.

«Так, освобождаюсь», — сказала дрожащим голосом женщина.

Она провела в колонии почти 7 лет. Тоже за наркотики, как и большинство.

Мужчины и коты

Колония есть колония, и женщинам, похоже, не хватает мужского внимания – один из отрядов даже кота в честь нового сотрудника-мужчины назвал. Мужчин здесь мало, при этом женщины почти всегда при макияже.

Осужденных здесь, кстати, отпускают в отпуск на 12 рабочих дней. Да, они спокойно могут уехать домой – если не нарушают режим. Правда, перед этим нужно пройти много согласований и дать клятву перед другими осужденными. Эта клятва здесь – самое значимое. Потому что, если что, у других осужденных отпуск будет под вопросом.

Эта книга лежала в тумбочке у болеющей женщины. Все книги тут должны быть проштампованы.

«Я когда в первый раз отпускала осужденную в отпуск, у меня сердце бешено билось. Она должна была мне отзваниваться в определенное время по вечерам. А тут не отзвонилась. Я места себе не находила, ночь не спала. Но она все-таки сообщила, что все хорошо. Вернулась вовремя», — рассказывает начальник отряда Наталья.

Женщины до последнего надеются на досрочное освобождение, чтобы вернуться к обычной жизни.

Мой рабочий день в колонии  заканчивался. Мы сидели в кабинете психолога. И мне сильно захотелось обратиться к ней за помощью. Потому что работа – психологически очень тяжелая, как будто сам находишься за решеткой.

 Я думала о судьбе одинокой Кати, которой сидеть 20 лет, о человеческом выборе  и поломанных судьбах — даже один день в колонии исключил меня из жизни почти на неделю.

Не зря начальники отряда частые гости психолога, иначе, мне кажется, от количества людских бед можно сойти с ума.

Когда-то в детстве, когда я проявляла не лучшие стороны своего характера, некоторые родственники шутили, что моя идеальная работа – надзиратель в тюрьме. Кажется, такого наказания я не заслужила.

Источник: https://kostroma.today/city/12-chasov-za-kolyuchej-provolokoj-kak-ya-rabotala-nachalnikom-otryada-v-zhenskoj-kolonii/

«Наказание — жить с этим, а не срок в колонии»: истории осужденных

Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

Территория колонии-поселении поселка Садковский Веселовского района, что в 140 километрах от Ростова, не огорожена колючей проволокой, нет вышек с вооруженными часовыми, осужденные свободно передвигаются по согласованному маршруту.

Им можно отовариваться в местных магазинах, но нельзя нарушать режим и пользоваться мобильным телефоном. Почти тысяча человек находится здесь не за тяжкие преступления с точки зрения уголовного кодекса — нет террористов, насильников, убийц.

Впрочем, на совести и в судебных приговорах у некоторых все же значатся смерти. По их вине в ДТП погибли люди.

Это три исповеди тех, кто загубив чужую жизнь, вряд ли когда-нибудь вернется и к своей прежней. У каждого есть один день, который перечеркнул если не все, то многое: карьеру, уверенность в завтрашнем дне, душевное равновесие, наконец, просто спокойный сон.

«На мне — ни одной шишки, его же травмы расписаны на четырех листах …»

Александр Орехов в колонии-поселении работает автомехаником // Фото пресс-службы ГУФСИН России по Ростовской области

Александру Орехову 32 года, в прошлом — военнослужащий, сержант, заместитель командира взвода в Ингушетии.

С 2002 года служил на Северном Кавказе, есть награды. Дома — жена, двое детей, достаток. Был у него близкий друг Николай, жили недалеко друг от друга, вместе росли, стали постарше — дружили семьями.

28 ноября 2014 года они вместе попали в аварию под Сальском, Александр был за рулем.

«Был пьяным, не справился с управлением в гололед, машину скинуло с трассы, — вспоминает мужчина. — Когда очнулся, сразу понял, что Николай мертв. Шансов вообще не было, машину пришлось разрезать, чтобы извлечь тело. На мне — ни одной шишки, его же травмы расписаны на четырех листах.

Думал, у одного человека не может столько быть… На похоронах не присутствовал. Не потому что не хотел или побоялся, просто погребение было на следующий день после аварии, у родных еще был шок, все слишком остро.

У него осталась жена, маленькие дети — сын и дочь… Не знаю, как бы себя повел, окажись на их месте…».

По словам Александра, позже он разговаривал с близкими, просил прощения, хотя сам себя, как говорит, не простит никогда.

«Несколько раз он мне снился, — продолжает он. — Здесь, в колонии, все время перед глазами, постоянно прокручиваю ситуацию. Не знаю, пройдет ли это состояние когда-нибудь. Только не подумайте, что пытаюсь оправдаться, я один виноват. Но ведь не хотел же в этот вечер никуда ехать. Мы были вместе с семьей Николая, присутствовали еще знакомые.

Попросили отвезти людей, не могли вызвать такси. Сначала отнекивался, говорил, мол, берите ключи и езжайте. Уговорили, в том числе близкие друга. Его тоже не просил ехать со мной, он сам сел в машину. Когда объяснялся с семьей, они помнили обстоятельства, предшествующие роковой поездке, поэтому, может, и простили. Мы поддерживаем и сейчас связь.

Конечно, я всегда буду им помогать».

Александру дали три года колонии-поселения, плюс к этому —  12 месяцев без права управления транспортом. В Садковском он работает механиком, ремонтирует машины в гараже КП-8. Скучает по армии, но прекрасно понимает, что с судимостью о службе и военной карьере придется забыть. После освобождения нужно искать новое занятие и источник заработка, чтобы кормить семью.

«У меня была возможность избежать срока и вообще каких-либо последствий с правовой точки зрения, но не стал ничего делать, — рассуждает мужчина. — Просто стыдно было что-то предпринимать, спасать себя, выкручиваться — даже адвоката не нанял. С самого начала был готов к любому приговору».

«Для всех жертвы ДТП — обычная статистика, для нас, кто через это прошел, — трагедия. Бессмысленно предупреждать, стращать. Говорю по своему опыту: не раз и не два садился за руль пьяным, не попадал даже в мелкие аварии.

Даже не задумывался, что может быть по-другому… Как рассказывали знакомые, брата погибшего друга Николая уже после ДТП три раза за месяц нетрезвым останавливали гаишники. Мой родственник тоже постоянно ездит выпивший.

Увы, но даже для наших близких авария не стала уроком…»

«Просить прощения нет смысла — не простят»

Вадим Пересадок печет хлеб для сотрудников ФКУ КП-8 и осужденных // Фото пресс-службы ГУФСИН Росии по Ростовской области

Вадиму Пересадку из Донецка Ростовской области 45 лет.

О жене и дочерях — 11 и 18 лет — рассказывает с особенной теплотой. Говорит, семья образцовая, обе его девочки учатся отлично. В общем, все у него было благополучно в той жизни. Пока не отправился на заработки в другой регион.

В Калуге он устроился водителем городского автобуса.

«Все произошло в сентябре 2015 года, — вспоминает Вадим. — Утро, примерно 7:30, до начала рабочего дня оставалось минут 40. Я никуда не спешил, ехал по правилам дорожного движения.

Дождался, пока пешеходы перейдут по переходу, стал поворачивать вправо, оглянулся убедиться, что не наехал на бордюр — и тут черное пятно, прилипшее к колесам. Сначала даже не понял, что это человек.

Думал, мешок с мусором ветром занесло».

Но под колесами оказалась 75-летняя бабушка. Она не сразу скончалась, врачи какое-то время боролись за ее жизнь, но безуспешно.

«Я встречался с родными той женщины, — говорит Вадим. — В основном молчал, говорили они. Эмоционально, конечно. Да и не знаю, что в таком случае сказать. Просить прощения нет смысла — не простят. Невозможно оправдать смерть близкого.

Предлагал деньги — отказались: мол, зачем они нам, если человека не вернешь. На этом все. Не знаю, встретимся ли мы с ними когда-нибудь, все-таки расстояние до Калуги — тысяча километров, но позвоню, как только освобожусь.

Может, теперь найду какие-то слова».

Вадим не считает себя виновным, скорее, для него это трагическое стечение обстоятельств. Он был трезвый, с его слов, правил не нарушал. Говорит, что до сих пор не понимает, как все произошло, как погибшая не заметила 11-метровый желтый автобус и угодила под него. Рассчитывал на условный срок, прокурор требовал 2,4 года. Судья решил, что адекватное наказание — 1,5 года в колонии-поселении.

«Жить с этим — вот наказание, а не срок, — говорит он. — Не знаю, можно ли назвать то сентябрьское утро определяющим, поворотным, но однозначно, стал смотреть на жизнь по-другому, что-то перевернулось.

Наверное, стал больше ценить семью и жизнь человека. Если говорить о мечтах, то хочется, чтобы у всех все было благополучно. Я не о деньгах сейчас. Важно, чтобы на душе было спокойно.

У меня этого ощущения нет».

Здесь, в Садковском, Вадим Пересадок работает пекарем. Выпекает хлеб для сотрудников КП-8 и осужденных. Чем будет заниматься после освобождения, не знает. Главное, его ждет семья, чью поддержку он чувствует в любых обстоятельствах и испытаниях.

«Не помню, как сбил женщину и поехал дальше…»

Александр Дубина — повар // Фото пресс-службы ГУФСИН России по Ростовской области

Александру Дубине из села Березовка Сальского района 31 год.

Он многодетный отец, четвертый ребенок родился, когда уже отбывал наказание в колонии. Как и предыдущие герои материала, до смертельного ДТП вел самую обычную жизнь. Работал механизатором в одном из ростовских агрохолдингов, убирал урожай на комбайне.

Не скрывает, что иногда принимал на грудь, бывало, что садился за руль нетрезвым.

13 января 2013 года Александр, как и вся страна, отмечал Старый Новый год. Заехал поздравить сначала одного, потом другого…

«Я был прилично пьяным в ту ночь, — вспоминает молодой человек. — Не помню, как сбил женщину и поехал дальше. По материалам дела, это было примерно в шесть утра. Видимо, потом слетел с трассы и уснул. Разбудил дядя, он утром ехал в больницу в Сальск и заметил мою машину в пахоте. Отвез домой, а спустя три часа меня вызвал участковый…»

Почти три недели 50-летняя женщина лежала в больнице. Александр говорит, что все это время оплачивал лекарства, был в больнице, разговаривал с врачами. Надеялся, что она выживет, но спасти женщину не удалось, через 19 дней она скончалась.

«Я не признавал себя виновным до оглашения приговора, потому что, повторюсь, не помню ничего, — говорит он. — В то же время сразу сказал, если суд докажет — приму наказание, буду выплачивать компенсацию семье. Кстати, с дочерью погибшей (она живет в Белгородской области) мы нормально общались во время следствия.

Потом прекратили по ее инициативе. Не знаю, почему, но произошло это, когда сменил адвоката. Может, со стороны казалось, что слишком рьяно защищаю себя. На самом деле главная претензия к первому адвокату вот в чем.

Как мой представитель он должен был бывать в больнице, интересоваться самочувствием пострадавшей, но все делал я сам. В итоге мне дали 4,5 года колонии-поселения, в Садковский приехал самостоятельно, не под конвоем.

Сразу устроился поваром, с зарплаты удерживают большую часть денег за моральный вред, рублей 500 отправляю семье, себе на чай остается немного — рублей 200. Ни на что не жалуюсь, я виноват в гибели человека».

Освободится Александр в декабре 2018 года. Говорит, его ждет семья, на работе обещали, что возьмут назад. Словом, постарается жить, как раньше, только с одним «но»: никогда не сядет за руль выпившим. Слишком дорого за это заплатил он сам, его близкие и совсем посторонние люди.

Мы не преследовали цель оправдать, тем более сделать жертвами героев этого материала — убивших, хоть и не преднамеренно. Да и им самим это не нужно.

Вернуть один день назад или забыть все, как страшный сон, — вот все, что хотелось бы мужчинам.

Просто еще раз хотели напомнить: по неосторожности, невнимательности, что хуже — из-за пьяных водителей ежегодно на дорогах России гибнет около 20 тысяч человек.

В качестве послесловия. Мы разговаривали с осужденными КП-8 в Садковском примерно полтора часа. По статистике ГИБДД, за это время на дорогах России пострадали еще 35 человек, погибли трое…

Источник: https://cityreporter.ru/nakazanie-zhit-s-etim-a-ne-srok-v-kolonii-istorii-smertelnyh-dtp/

Соседи по неволе: рецидивистов и впервые осужденных разместят рядом

Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

Осужденных впервые и рецидивистов с положительными характеристиками будут содержать в одних колониях-поселениях. Такие поправки Минюст предложил внести в Уголовно-исполнительный кодекс. По действующим сейчас нормам «первоходы» должны содержаться отдельно.

Обозреватель «Известий», член ОНК Москвы Борис Клин и ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников посетили колонию № 2 УФСИН Московской области и обнаружили, что инициатива ведомства была реализована там еще до внесения соответствующего законопроекта в Госдуму.

Половина заключенных колонии ранее уже побывала в местах лишения свободы.

«Я же не должен с ними сидеть»

Колония-поселение № 2 хоть и подчиняется УФСИН России по Московской области, расположена в Зеленоградском округе столицы. Неприметное место окружено невысоким забором с колючей проволокой. Неподалеку от КПП — поле для мини-футбола с потертым искусственным покрытием.

Сопровождающий нас сотрудник колонии по пути рассказывает, что заключенных, совершивших тяжкие преступления, тут нет.

— Многие сидят по 264-й статье УК («Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть». — «Известия»). Есть «алиментщики», есть те, кто отбывает наказание за кражи, — уточняет он.

Знакомимся с обитателями колонии. Кроме «дэтэпэшников» и пожилых бизнесменов (одному 62, другому 75 лет, оба осуждены за мошенничество) обнаруживаем ранее судимых.

Один из них сам же и задает нам вопрос — почему его, трижды судимого, отправили в лагерь для «первоходов».

— Я же не должен с ними сидеть, — возмущается «бывалый».

И ведь действительно не должен. Как и они с ним. В соответствии со ст. 128 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, «лица, впервые осужденные за преступления по неосторожности, за совершение умышленных преступлений небольшой или средней тяжести», отбывают наказание отдельно от тех, кто уже сидел, но был переведен из колоний общего и строгого режима за хорошее поведение.

Именно эту норму и хочет отменить Минюст, предлагая содержать и тех, и других в одном учреждении «при условии обеспечения раздельного их проживания и трудоустройства». Как следует из пояснительной записки к проекту поправок в УИК, цель изменений — сохранение социально-полезных связей осужденных с родственниками и сокращение расходов на конвоирование к месту отбывания наказания.

В ходе общения с «поселенцами» становилось ясно, что ранее судимых здесь довольно много. Позднее представители администрации признались, что из 162 человек, которые находятся в колонии, почти половина уже отбывала наказание.

Свободное перемещение

«Первоходы» заверили нас, что с «бывалыми» у них конфликтов нет. Так ли это, проверить сложно. Члены ОНК и другие проверяющие приезжают и уезжают, а жесткие требования законодательства придуманы не случайно.

— Во-первых, таким образом граждан, случайно оказавшихся в местах лишения свободы, ограждают от вымогательств и унижений со стороны оргпреступных групп, — пояснил ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников.

— Поэтому запрет на совместное содержание «первоходов» и рецидивистов есть и в законе о содержании в СИЗО и ИВС. Во-вторых, это ограничивает распространение уголовной субкультуры и вовлечение заключенных в преступную деятельность.

Понятно, что Минюст ищет возможность оптимизировать расходы, но мы эту инициативу не поддерживаем.

Между тем глава профильной комиссии СПЧ Андрей Бабушкин сообщил «Известиям», что в других колониях-поселениях, где ему приходилось бывать с проверками, тоже содержат впервые осужденных вместе с теми, кто ранее уже отбывал наказание.

— Федеральная служба исполнения наказаний в ведомственном приказе трактует понятие «отдельного отбывания наказания» этих категорий осужденных как содержание в разных отрядах. И поправка, которая будет разработана, просто уточнит это положение, — пояснил правозащитник.

Но каким образом можно обеспечить в одном учреждении «отдельное содержание», непонятно: осужденные в колониях-поселениях имеют право свободного перемещения по территории.

Как сообщили «Известиям» в пресс-службе УФСИН России по Московской области, законодательством (ст. 128 УИК РФ) не предусмотрено содержание в колониях-поселениях осужденных за умышленные преступления и ранее отбывавших наказание в местах лишения свободы.

— Однако суды выносят в отношении данной категории граждан, имеющих снятые или погашенные судимости, решения с отбыванием наказания в колониях-поселениях. Вместе с тем УФСИН России по Московской области организует раздельное содержание указанных лиц в пределах учреждения, — пояснили в областном УФСИН.

В Минюсте подтвердили факт разработки законопроекта «О внесении изменения в ст. 128 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации», предусматривающего размещение ранее отбывавших наказание вместе с теми, кто впервые попал за решетку «в пределах одного исправительного учреждения при условии обеспечения раздельного их проживания и трудоустройства».

— Законопроект проходит процедуру общественного обсуждения и независимой антикоррупционной экспертизы. По вопросу практики применения ст. 128 необходимо обратиться во ФСИН России, — пояснили в Минюсте.

При этом в ведомстве не объяснили, как планируется обеспечить раздельное содержание, если осужденные в колонии-поселении имеют право на свободное перемещение по территории.

Зарплата — 200 рублей

Осужденные в колонии-поселении Зеленограда работают — часть обслуживает в хозотряде нужды самого учреждения, кто-то разбирает в промзоне пластиковые окна, другие трудятся в пекарне. Некоторые устроились грузчиками и дворниками за пределами поселения.

В расчетных листках, которые выдаются осужденным, можно увидеть, что начисленная за 22 рабочих дня в месяц зарплата не превышает 4500–5000 рублей. Это почти в четыре раза меньше МРОТ (в Москве он сейчас составляет 19 351 рубль).

Администрация колонии-поселения объясняет разницу тем, что заработная плата осужденным начисляется сдельно и если норма не выработана, то и денег меньше.

— Минимальный размер оплаты труда на то и установлен, что ниже платить нельзя, и это не может быть предметом для дискуссий, — убежден ответственный секретарь ОНК Москвы.

Из начисленной зарплаты у осужденных вычитается более 3 тыс. рублей за питание и жилищно-коммунальные расходы. Есть и другие вычеты: кто-то должен платить алименты, кто-то — возмещать причиненный ущерб потерпевшим, так что на руки «поселенцы» получают 200–300 рублей.

В УФСИН России по Московской области пояснили, что «согласно п. 3 ст. 105 Трудового кодекса оплата труда осужденных КП-2 при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки».

— Заработная плата осужденным начисляется исходя из нормы выработки на основании наряда на сдельную работу.

Так, размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную за месяц норму рабочего времени, соответствует установленному федеральным законом минимальному размеру оплаты труда.

При сдельной оплате труда, если осужденный не выполняет норму выработки, допускается начисление зарплаты ниже уровня МРОТ, — отметили в ведомстве.

Солдатские койки

Живут в колонии в корпусах, напоминающих армейские казармы. Раздевалка на входе — там стоит обувь и висит на крючках верхняя одежда. Формы, как в обычных лагерях, тут не предусмотрено.

Санузел в отличие от многих в подобных учреждениях оборудован нормальными унитазами, а не «дыркой в полу». Зеркала, раковины — всё в наличии, имеется даже «ногомойка».

Вот телевизоров нет, они находятся в отдельных помещениях для «воспитательной работы».

В спальных помещениях — ряды двухэтажных коек. Идем осматривать спортзал — тут есть тренажеры, гантели, штанги и теннисный стол. Как говорят заключенные, им не хватает боксерских «груш». Рядом душевая и сушилка для одежды — совсем небольшая для 160 невольных поселенцев (всего колония рассчитана на 215 человек).

Библиотека насчитывает 5 тыс. томов. Читальный зал полный, но книги можно получить и на руки.

— Спрос на книги очень большой, — рассказывает библиотекарь, осужденный на семь лет за ДТП, и признается, что только тут прочитал «Анну Каренину» — на воле времени не хватало.

Телефонные переговоры в колониях-поселениях разрешаются без ограничений. Но это — платная услуга. Заключенные должны приобретать специальные смарт-карты для таксофонов (минута разговора стоит 7 рублей).

Получили члены ОНК и жалобы на качество медпомощи. Так, один осужденный утверждал, что три месяца не получает специальной терапии против ВИЧ. Другой сетовал, что главное лекарство от всех болезней у местных врачей — парацетамол. Хотя местных как раз нет, помощь оказывают медработники из соседнего СИЗО.

Столовая небольшая, и заключенные говорят, что приходится есть в две смены и не все успевают. Опоздал — будешь голодным до завтрака. Во время нашего посещения макароны на ужин в тюрьме не давали — осужденным в этот день полагалось 170 г вареной картошки, консервированная килька, чай и хлеб. Те, кто получает передачи, могут приготовить себе салат.

А вот осужденным, которым не помогают родственники, приходится, по их же словам, «кисло».

Источник: https://iz.ru/923394/boris-klin/sosedi-po-nevole-retcidivistov-i-vpervye-osuzhdennykh-razmestiat-riadom

П садки колония поселения

Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

При помощи таких терминалов осужденные смогут оперативно получать различную информацию, касающуюся начала и конца срока отбывания наказания, времени наступления права на получение условно-досрочного освобождения, наличия взысканий и поощрений, размера исковой задолженности.

Кроме того, терминал содержит различную правовую информацию, кодексы, правила внутреннего распорядка, координаты государственных органов власти и общественных правозащитных организаций.

Предполагается, что подобные терминалы будут установлены во всех исправительных колониях Ростовской области уже в этом году. Стоимость по закупке, установке оборудования и программного обеспечения составляет порядка 15 тысяч рублей.

Средства будут выделены руководством учреждений из внебюджетной деятельности. В дальнейшем в терминалах планируется увеличить направления и объем информации.

От тюрьмы и от сумы — известно что. Но где я или вы, законопослушный гражданин и семьянин, и где тюрьма? Однако любой может стать, например, виновником ДТП с тяжелым исходом. И тогда этот любой может оказаться в этой, самой «легкой», зоне — колонии-поселении, где неволя от свободы не ограждена ничем.

Внимание

Где, кажется, бери и иди в любую сторону. Но нельзя встать и пойти.

***

С моим проводником — Борисом Марухяном, начальником пресс-службы ГУФСИН РФ по Ростовской области — мы хотели успеть в колонию к утреннему построению. От Ростова до поселка Садковский Веселовского района — 140 километров.

Важно

Выехали в шесть утра. В дороге разговор всегда проще клеится, так что уже очень скоро мы нашли общих друзей по университету, обсудили кружки, в которые водим детей, зарплаты, готовность города к чемпионату мира. Плутали по сельским дорогам, уступали переходившим дорогу коровам и гусям.

  • Южный ФО
  • Ростовская область
  • ФКУ КП-8

КП-8 п. Садковский

Фку колония-поселение №8 гуфсин россии по ростовской области

Адрес: 347790, Ростовская область, Веселовский район, п.

Садковский, ул. Центральная, 19

Телефон(ы): 8(86358) 6-80-04

Начальник: подполковник внутренней службы Придченко Вячеслав Владимирович

Внимание! Данная карта носит исключительно иллюстративный характер, т.к. сервис Яндекс пока не умеет во всех случаях точно определять положение на карте.

В ИУ устанавливаются: обычные, облегченные, строгие условия отбывания наказания.

Если ваш родственник находится в ИК общего режима, то в обычных условиях он может получить 6 посылок или передач и 6 бандеролей в течение года. В облегченных условиях – 12 посылок или передач, 12 бандеролей.
В строгих условиях – 3 посылки или передачи и 3 бандероли.

Если ваш родственник отбывает наказание в ИК строгого режима, то в обычных условиях он может получить 4 посылки или передачи и 4 бандероли в течение года. В облегченных условиях – 6 посылок или передач и 6 бандеролей.
В строгих условиях – 2 посылки или передачи и 2 бандероли.

Если ваш родственник отбывает наказание в ИК особого режима, то в обычных условиях он может получить 3 посылки или передачи и 3 бандероли в течение года.

П садки колония поселения официальный сайт

Понедельник с 17:00 до 20:00 — начальник ФКУ КП-8 ГУФСИН России по Ростовской области Вторник с 16:00 до 17:00 — заместитель по ЦТАО Среда с 16:00 до 17:00 — заместитель по Б и ОР Четверг с 16:00 до 17:00 — заместитель по К и ВР Пятница с 16:00 до 17:00 — заместитель по тыловому обеспечению

График работы комнаты приёма передач, посылок, комнат длительных и краткосрочных свиданий

Ежедневно с 09:00 до 17:00 Перерыв с 13:00 до 14:00

Санитарный день последнее воскресенье месяца.

Что нужно знать родственникам заключённого, осуждённого

Основные моменты которые необходимо знать всем, чьи близкие люди оказались по воле судьбы по ту сторону колючей проволоки.

Что можно передать заключённому, осуждённому

Что можно и нужно передавать арестанту, как правильно и лучше упаковать передачу в места лишения свободы.

  • бумага (тетради), ручка, карандаш;
  • почтовые конверты;
  • спички.

Продукты

Из продуктов однозначно разрешено передавать:

  • колбасные изделия (копчёная колбаса);
  • сало;
  • сыр (колбасный и твёрдый);
  • сахар (до 1 кг);
  • фрукты;
  • овощи;
  • сухари, сушки, печенье, пряники;
  • халву, козинаки, шоколад, мармелад, конфеты;
  • орехи, сухофрукты (кроме изюма);
  • кофе, чай, хлебобулочные изделия.

Заявления

Так же имейте ввиду, что без заявления (очередной бумажки), вы не сможете ни повидаться с арестантом, ни отправить или сделать ему передачку.

  • Как написать заявление на свидание
  • Как написать заявление на передачу

Законы

И все это на основании статей Уголовно-исполнительного Кодекса.

Я ехал сюда сроком на три года, я не сегодняшним днем живу. Ехал, понимая, что мне нужна какая-то перспектива для жизни.
У меня жена, двое детей: сыну десять, дочке пять.

Каждый человек должен быть в деле, чем-то заниматься. Мы переживаем за все, что происходит не только в нашем отряде, но и в лагере.
В колонии, — поправляет Дмитрий Сергеевич. — В колонии, да.

Мы и в другие отряды ходим регулярно. Боремся с курением.

Люди все взрослые, но, во всяком случае, курить надо в специально отведенных местах. Мы сейчас можем с вами пройтись, вы сами все посмотрите.

Мы выходим обратно в коридор, кто-то из мужчин видит в моей руке фотоаппарат и кричит: — Не фотографируйте меня. Я не фотогигиеничный! Все смеются. — Вот это спальное помещение, — мы заходим в комнату, несколько мужчин тут же встают.

— Мы тут проживаем, да, — говорит самый высокий и крепкий из них. Я замечаю у него в руках книгу.
Время проведения свиданий

09.00-17.00

Комната длительных свиданий работает ежедневно,

кроме последнего дня месяца – санитарный день

Историческая справка ФКУ КП-8 ГУФСИН России по Ростовской области

Приказом МВД СССР № 360 от 30 июня 1958 года зерносовхоз «Садковский» ликвидирован и на его базе образована Садковская сельскохозяйственная исправительно-трудовая колония (ИТК-8).

Учреждение УЧ-398/8 ГУФСИН России по Ростовской области (изначально Почтовый ящик 398/8 ОИТК УВД Ростоблисполкома) организовано в 1958 году., о чем свидетельствует акт о приеме колонии от дирекции зерносовхоза Садковский первым начальником колонии Королевским Петром Владимировичем, который был подписан 5 июля 1958 года.

Именно с этого времени и начинается развитие УЧ-398/8.

Источник: https://pravo60.ru/p-sadki-koloniya-poseleniya

Воспитание за колючей проволокой

Кп 8 садки ростовская. Колхоз за колючей проволкой. Как могут родственники помочь осужденному, освобождающемуся из ИУ

Исправительная колония № 15 строгого режима расположена под Ангарском. В ней содержатся осужденные, которые неоднократно совершали преступления.

Вход для посторонних сюда по понятным причинам запрещен, но накануне Дня работника воспитательной службы уголовно-исполнительной системы для журналистов было сделано исключение.

Можно жить по-другому

Прежде чем попасть на территорию колонии, нужно пройти тщательный досмотр. Это ожидаемо. Но вот затем начинаются сюрпризы. Если бы не колючая проволока на заборах и смотровые вышки с камерами, и не скажешь, что находишься в колонии. Цветущие клумбы, водоемы, в которых плавают рыбы и утки, фонтаны… Вся эта красота сделана руками осужденных.

— У нас в колонии 1355 осужденных, они уже не в первый раз судимы и попали сюда за серьезные проступки. Многие ничего не умеют. Есть и такие люди, которые из своих 65 лет в колонии провели в общей сложности 44 года. Наша цель — показать им, что можно жить нормально, получить профессию, начать работать.

Ведущую роль в воспитательной работе играет начальник отряда, к нему осужденные идут со всеми бедами и радостями. У каждого есть целый комплекс проблем, кто-то без гражданства, паспорта, образования, некоторые в места лишения свободы попадают из детдома.

Начальник отряда должен сделать так, чтобы эти проблемы не перешли потом в деструктив, — рассказывает начальник колонии полковник внутренней службы Андрей Верещак.

— Начальник отряда — основное звено воспитательной работы. Сама отрядная система, которая действует сейчас во всех исправительных колониях страны, зародилась в 1957 году именно в Ангарске, на базе Китойского исправительно-трудового лагеря. За 62 года многое, конечно, менялось. Сегодня вся колония поделена на отряды, в которых живут от 50 до 100 человек.

Осужденные из одного отряда живут вместе в общежитии, работают чаще всего в одном цехе, а руководит ими начальник отряда — как в армии ротный.

Начальник отряда решает целый комплекс вопросов: взаимодействие с родственниками, подготовку к условно-досрочному освобождению, применение мер поощрения и взыскания, — говорит врио заместителя начальника
ГУФСИН подполковник внутренней службы Борис Исламов.

В отпуск на волю

Исправительная колония № 15 — одна из передовых в области. Более 70 процентов осужденных заняты на производстве, действуют огромные цеха по выпуску поликарбоната и фанеры, столярный цех и автосервис. Колония почти полностью обеспечивает себя продуктами питания, есть огромные теплицы и подсобное хозяйство.

По закону за хорошее поведение и добросовестную работу осужденные могут получать отпуск на две недели и выезжать за пределы колонии, чтобы повидаться с родственниками.

В июне в Республике Татарстан впервые за многие годы одному сидельцу был предоставлен такой отпуск с выездом, а в Приангарье такие поощрения совсем не редкость, только в ИК-15 уже семь человек с начала года получили шанс побывать на воле.

Один из счастливчиков — Алексей Усов. Мужчина попал в колонию шесть лет назад, освоил профессию диктора на тюремном телевидении, играет в музыкальном коллективе и поет. На областном конкурсе с коллективом занял первое место в конкурсе «Калина красная» и даже выезжал на общероссийский гала-концерт в Саратов.

— За хорошее поведение и работу меня поощрили двухнедельным отпуском. Я повидался с родственниками, женой, детьми. После шести лет за колючей проволокой это непередаваемые ощущения. Когда вернулся, рассказал ребятам из отряда. У многих глаза загорелись, появился стимул работать над собой.

Сейчас уже подал документы на условно-досрочное освобождение, у меня нет нарушений, большая вероятность, что выйду раньше срока. С семьей решили, что после моего освобождения поедем на малую родину, в поселок Тангуй Братского района, будем с женой поднимать клуб, — рассказывает Алексей Усов.

Передовики в воспитании

Но поехать в отпуск не единственная возможность повидаться с родственниками. Длительные свидания проходят в мини-гостинице с возможностью приготовить обед на общей кухне или даже заказать шашлык и устроить пикник на уличной площадке с беседкой.

Для краткосрочных свиданий работает кабинет, где можно поговорить «через стекло». Здесь, кстати, тоже работает один из способов поощрения — положительно характеризующиеся осужденные могут встретиться с близкими в неформальной обстановке, в кафе «Зимний сад».

Внутри и снаружи помещения много зелени, сделаны релакс-зоны, есть живой уголок. За всем хозяйством следит Некруз Файзов.

— У нас много черепах, рыб и кроликов. Есть на территории даже три медведя, за ними ухаживаю я. Мне это очень нравится, ведь раньше на воле я работал с животными и даже разводил змей.

За время срока у осужденных есть возможность получить аттестат и «корочки» по востребованным на воле специальностям сварщика, стропальщика, машиниста котельных установок, автослесаря. Те, кто трудоустроен, проводят ежегодный отпуск в отдельном отряде, напоминающем профилакторий.

В свободное от работы время посещают шахматный и спортивный кружки, кружок фитодизайна, театральные студии «Движение» и «Зеленый попугай», клуб компьютерной грамотности, занимаются музыкой в группе «Каскад». Есть у осужденных и свои средства массовой информации.

Студия кабельного телевидения «Максимум» и редакция газеты «Шанс и поддержка» освещают все значимые события в жизни колонии, дублируют воспитательные и просветительские лекции от служб и отделов учреждения.

В колонии проводятся летняя и зимняя спартакиады, результаты игр между отрядами фиксируются на экране соревнований, а победители награждаются на общих собраниях осужденных.

Стоит ли говорить, что круг обязанностей начальников отрядов очень широкий.

К большому списку навыков нужно добавить умение обращаться с оружием, знание приемов самообороны, способность быстро и грамотно оформлять служебную документацию, высшее педагогическое или юридическое образование… Ежегодно в рамках празднования Дня работника воспитательной службы уголовно-исполнительной системы проходит областной конкурс профессионального мастерства среди начальников отрядов. В прошлом году лучший результат показал сотрудник ИК-15 Баир Ринчинов, в этом — начальник отряда плишкинской колонии-поселения № 51 Екатерина Сердюк.

— Цель воспитательной работы — это исправление осужденных и возвращение в общество правопослушных граждан. С этой целью проводится целый комплекс мероприятий. Работа начальника отряда связана с постоянным общением с осужденными.

Находимся с ними, можно сказать, с утра и до вечера.

Зато когда есть толк, когда кто-то выбирает нормальную жизнь, понимаешь, что все не зря, — говорит начальник отдела по воспитательной работе с осужденными ИК-15 капитан внутренней службы Филипп Солодаев.

Источник: http://baik-info.ru/vospitanie-za-kolyuchey-provolokoy

Закон
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: